22:18 

DI. Глава 3. Одержимость

Lolly Devine
The one, who hides
Как и любому другому
Мне льстит твоя одержимость мною.*



Когда в понедельник преподаватель Зельеварения Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс Северус Снейп направлялся на урок к шестому курсу, в его голове настойчиво крутилась только одна мысль: «Поттер!»

Мальчишка не появлялся в Большом зале, его невозможно было встретить в коридоре, он даже забросил горячо любимый им квиддич. Он словно испарился. Вдобавок Поттер набрался наглости прислать МакГонагалл с просьбой освободить его от Зельеварения.

Нет, я ни за что этого не допущу! Я с ним еще не закончил. Сейчас начинается самое интересное! Он думает, что может скрыться от меня, что может меня игнорировать! У него были целые выходные, чтобы придти ко мне, но он так и не появился! Маленький заносчивый трус, который боится встречи лицом к лицу. Он всегда был трусом, таким же, как его покойный папаша. Об оборотне и дворняге ― его крестном ― даже вспоминать не хочу. Компания жалких безмозглых клоунов!

Глаза Северуса опасно сузились.

Но сегодня Поттер должен появиться. Пусть только попробует не придти на урок!

В коридоре Северус наткнулся на нескольких первокурсников. В потрясении на их лицах, в испуганных взглядах он словно поймал собственное отражение: стремительный шаг, развевающаяся за спиной мантия, вид, как у нетопыря, ищущего очередную жертву.

Северус криво ухмыльнулся.

С другой стороны, Поттер ― не такой уж и трус, каким выглядит. Он набросился на отпрыска Малфоев и сломал ему нос. По правде, Поттер никогда не умел держать себя в руках. Стоило лишь слегка его подтолкнуть ― и он тут же терял над собой контроль. И все же, несмотря на его неуемную дерзость, наброситься на ученика во время урока, прямо под носом у собственного декана... Нет, подобного даже от Поттера нельзя было ожидать.

И также нельзя было ожидать, что никто иной, как он, Северус Снейп, окажется средоточием самых глубинных желаний Гарри Поттера. Поразительное открытие стало настоящим шоком, учитывая, как сильно Поттер ненавидел его все эти годы. Более того ― Северус жестоко высмеял бы любого, предположившего, что Поттер мечтает о нем. Раньше. Но зелье, несомненно, было сварено правильно, а значит ― все это правда. Тем более что он видел собственными глазами, как...

В памяти вновь всплыл образ Поттера, его мечтательный взгляд, открыто читаемое на лице обожание, сменяющееся гримасой настоящего страдания. Неутоленную жажду, мучительный голод, отражающиеся в зеленых глазах, описать было невозможно. Никто за всю жизнь не смотрел на Северуса так, никто не произносил его имени с такой страстью.

Осознание, что за желания пробудило в Потере зелье, потрясло Северуса. Он ожидал чего угодно – но только не этого!

Он не мог оторвать взгляда от распаленного страстью Поттера. А тот не видел ничего и никого вокруг, кроме него. На несколько мгновений Северус стал центром Вселенной для Гарри Поттера. Невероятное ощущение.

Погружаясь все глубже в воспоминания, Северус вновь видел слезы на щеках Поттера и да ― явное доказательство его возбуждения, не скрываемое натянувшейся тканью брюк.

О, нет! Он не будет думать о Поттере и его эрекции!

За очередным поворотом Северус наткнулся на парочку целующихся семикурсников из Рейвенкло. Он сорвал на них злость, сняв по пятнадцать баллов с каждого. Но стоило студентам исчезнуть из поля зрения, как он вновь погрузился в воспоминания.

…Поттер опомнился лишь когда чуть не забрался с ногами на стол, чтобы добраться до желанной цели. А что бы случилось, не окажись на его пути стола?.. Жаль, теперь этого уже не узнаешь. Северус готов был признать, что данный вопрос его безмерно заинтересовал.

Он вспомнил, как бросил в мальчишку контрзаклятие и как по отразившемуся на лице Поттера ужасу понял, что тот рухнул с небес на землю. Недоумение, смущение, стыд, отвращение ― Северус успел заметить все до последней эмоции Поттера. Тот выглядел так, будто его сейчас стошнит. Ничего удивительного ― не часто узнаешь, что твоим глубочайшим, сильнейшим, неподвластным контролю желанием является ненавидимый всеми, противный и мерзкий преподаватель Зельеварения.

Северус горько усмехнулся. Это, конечно же, ничего не меняет. Он будет по-прежнему ненавидеть Поттера, только теперь у него появится еще и власть над ним. Воспользовавшись ею, он сможет сделать с ним все, что захочет. И совершенно ни к чему отказываться от удовольствия унизить мальчишку еще сильней. А может, ему стоит применить эти знания с другой целью?

Его губы скривились в жестокой ухмылке.

О, как, должно быть, Поттеру сейчас плохо. Вся его жизнь полетела к чертям. И понятно, что он попытается найти способ все исправить...

Однако не все зависит от его желания. Родители большинства слизеринцев ― Упивающиеся Смертью. Темный Лорд узнает о случившемся, это лишь вопрос времени. Северус ждал вызова в любой момент. И выбора у него нет ― ему придется самому, первым, проинформировать Темного Лорда. А тот, несомненно, заинтересуется.

Северус поморщился и ускорил шаг.

Поттер должен придти на урок, иначе он горько пожалеет об этом!

Подойдя к толпе ожидающих у класса учеников, Северус обвел их лица внимательным взглядом и вспыхнул от гнева: Поттера среди них не было.

«Этот противный, маленький, высокомерный, трусливый...» ― ядовито шипел он про себя, открывая дверь и запуская учеников в класс. Но припасенные эпитеты еще не закончились, когда внимание Северуса привлекло чье-то резкое движение. Это оказался Поттер. Он как раз выбежал из-за угла и пристроился в самый конец очереди из учеников.

Снейп победно улыбнулся про себя.

Все же Поттер явился.

Он прошмыгнул мимо, не удостоив Северуса даже взглядом. К тому же, переступая порог, отвернулся, словно не хотел смотреть на него.

Этот гадкий мальчишка еще пожалеет, что явился сюда, очень и очень пожалеет!

Северус, не сдерживая злости, захлопнул дверь.

Все встрепенулись от резкого звука и испуганно заозирались. Тем временем Северус прошел к преподавательскому столу и, развернувшись, стал наблюдать за учениками, пока те занимали свои места и доставали из сумок учебники и другие принадлежности. Дольше всех его взгляд задержался на Поттере.

Тот сел между Уизли и Грейнджер и за время подготовки к уроку не произнес ни единого слова. Он был чрезмерно сосредоточен («Наверное, первый раз в жизни», ― подумал Северус) на собственном котле и учебниках.

«Первый, и последний», ― решил Северус, заметив краем глаза, как другие ученики украдкой поглядывают то на него, то на Поттера.

― Тишина! ― рявкнул он, стремясь поскорее начать урок. ― Сегодня вы будете варить зелье для роста волос. Рецепт настолько прост, что с его приготовлением обязан справиться каждый. Хотя, глядя на умения, ― Северус метнул взгляд на Лонгботтома, ― и удручающий уровень интеллектуального развития некоторых, смею в этом сомневаться.

Лонгботтом зарделся, как пион, и опустил взгляд.

Северус ухмыльнулся про себя и посмотрел на Поттера в ожидании его реакции. Но тот упрямо разглядывал то ли пол, то ли скамью, словно интересней и занимательней вещи в жизни не видел. Северус почувствовал сильнейшее раздражение. Что ж, если Поттер желает играть, то он с удовольствием научит его некоторым правилам...

― Список ингредиентов на доске, ― Северус взмахнул палочкой. ― Рецепт приготовления зелья ― тоже. В шкафу, ― еще один взмах палочкой, ― вы найдете все необходимое. В конце занятия я проверю, что у вас получится. Зелье должно быть прозрачным, как вода, и источать легкий аромат пижмы. Тот из вас, чей результат будет наихудшим, ― Северус сделал паузу, ― выпьет его и на собственном опыте убедится, к чему приводят тупость и невежество в таком тонком искусстве, как приготовление зелий.

Лонгботтом побледнел, как труп, и, нервно сглотнув, уставился на доску. По классу прокатилось журчание взволнованного шепота, однако Северус его проигнорировал. Он сел за преподавательский стол и занялся проверкой письменных работ другого курса. Лишь изредка Северус поднимал взгляд ― убедиться, что никто из студентов не собирается устроить катастрофу. Когда твои подопечные ― толпа ленивых тупиц, взрыв ― явление закономерное.

Все встали и отправились за ингредиентами... Нет, не все. Поттер даже не двинулся с места. Почему? А, вот Грейнджер принесла ему все необходимое. Ну конечно, он всегда любил загружать работой других.

«Корень мандрагоры применяется для лечения боли в животе, и когда кому-то нездоровится...»

Что за вздор!

Северус с размаху перечеркнул все сочинение и обвел взглядом класс. Его внимание привлекла копна темных волос.

Что Поттер делает? Просто сидит, уставившись в пол? Все тщательно сверяют ингредиенты со списком, а он даже не смотрит на рецепт. Все уже на доске написано, ты, идиот!

«Мандрагора ― это корень, который хотел стать человеком, но злой маг его проклял...»

У этих детей вообще есть мозги?! Если да, они точно оставили их дома.

Отшвырнув исчерканный красным пергамент в груду уже проверенных работ, Снейп поднял голову и наткнулся взглядом на худощавую фигуру. И тут же нахмурился.

Что это Поттер шепчет Грейнджер, а та постоянно смотрит на доску? Она что, диктует ему рецепт зелья? Вот же трус бестолковый! Хотя, чего еще от него ожидать? Он будет отрицать, будет запрещать себе, но в конце концов сдастся... Не надо, Поттер. Не стоит бороться с этим. У тебя в любом случае не получится выиграть. Тебе придется это принять...

Северуса наполнило мрачное удовлетворение. Ехидно ухмыльнувшись, он вернулся к проверке сочинений.

«Корень мандрагоры хорош для чистки зубов...»

У Северуса начала болеть голова. Почему он должен тратить время на этот бред?!

Еще один взгляд. Уже непосредственно на Поттера. Мальчишка, словно черная дыра, притягивал все его внимание, будто в классе не было никого, кроме него.

Наконец-то Поттер приступил к работе. Вот он измельчает ножом корни валерианы, но... хмм, не слишком хорошо у него это получается. Он морщится... У него что-то болит? Скорее всего, да, потому что теперь он пытается держать нож в левой руке.

Северус прищурился, внимательно разглядывая правую руку Поттера, которой тот прижимал корни к разделочной доске.

Что-то не так... Выглядит, будто его ладонь повреждена. Похоже, раны едва успели затянуться. Это порезы? Чем он поранился? Осколками? Что этот тупица умудрился разбить? Нос Малфоя вовсе не стеклянный.

И вообще, с чего это его, Северуса, так волнует, что там с рукой Поттера?

Северус вернулся к проверке сочинений, но так и не смог на них сосредоточиться. Все равно они годятся только для отправки в мусорное ведро, поэтому нет абсолютно никакого смысла тратить время на разбор этих каракулей. Он отложил перо и откинулся на высокую спинку стула, обводя класс внимательным взглядом. И сделал это как раз вовремя, чтобы заметить, как Малфой превращает лист пергамента в бумажную птичку, дует на нее, и та, оживая, летит ни к кому иному как... к Поттеру.

Северус прищурился.

Accio! ― неуловимый пас палочкой, и записка, взмахивая бумажными крыльями, тут же изменила направление полета, чтобы опуститься прямо в его протянутую ладонь. Когда Северус сжал пергамент в руке, Малфой, и так всегда бледный, едва ли не позеленел; он открыл рот, собираясь что-то сказать.

― Да, мистер Малфой? ― изогнув бровь, поинтересовался Северус.

Тот мгновенно захлопнул рот, бросив на него полный ненависти взгляд. Поттер тоже побледнел, отметил Северус. Гадая, что же его ожидает, он развернул листок. Увиденное превзошло самые невероятные предположения Северуса. На клочке бумаги в карандашном наброске угадывался наклонившийся Поттер; к его голому заду, с намерениями, исключающими невинное толкование, прижимался он, Северус. Но то, что было написано под мерзким рисунком, заставило Северуса удушливо покраснеть, чего с ним не случалось с далекого детства.

Это был текст одной из «забавных» песенок слизеринцев:

Вот Поттер видит Снейпа ―
И все вокруг померкло,
В зобу дыханье сперло,
Но это не конкретно.
Конкретно ― слезы градом,
И звон железный в яйцах,
Чтоб вставил Снейп, как надо…
Конечно же ― не пальцы!


Не дочитав, Северус скомкал клочок бумаги и вперился в Малфоя убийственным взглядом.

Его затопила волна кипящего гнева. Да как этот сопляк осмелился написать такое о нем?! О Поттере может писать что угодно, но никто не будет писать ничего подобного о Северусе Снейпе!

Мерлин, он прекрасно понимал, что счастливые дни для Поттера закончились, но проблемы Золотого Мальчика Северуса совершенно не волновали! Чего он точно не ожидал ― да не представлял даже! ― что сам станет объектом насмешек учеников. В голове не укладывалось, что кто-то осмелится бросить вызов его авторитету. И в частности Малфой... О, щенок горько пожалеет об этом! И плевать, что он сын Упивающегося Смертью.

― Мистер Малфой, ― раздалось полное злобы шипение Северуса. ― По вашей милости Слизерин только что лишился двадцати баллов. Я жду вас на отработку сегодня ровно в семь.

Малфой сидел так прямо, словно проглотил палку. В его взгляде, устремленном на Северуса, отражались неверие и гнев.

Класс наполнился гулом ошарашенных учеников.

Слизерин потерял баллы! Малфой наказан! И это дело рук Снейпа!

― Тишина! ― повысил голос Северус, обводя учеников суровым взглядом. ― Если я еще хоть раз поймаю кого-либо не то что за обсуждением, лишь за намеками по поводу инцидента на прошлом занятии, этот ученик будет наказан до конца учебного года отработками в каждые выходные. Поумерьте свой пыл. Не стоит наживать врага в моем лице.

Наблюдая, как ужас отражается в удивленно распахнутых глазах учеников, Северус заметил, что щеки Поттера, уставившегося в свой котел, приобретают насыщенно-красный цвет. Взгляд Северуса задержался на пышущем злостью Малфое. На какой-то миг лицо зарвавшегося юнца исказила гримаса издевки и превосходства, словно он уже решил для себя, что приказ Северуса его уж точно не касается.

― Если кто-то из вас попытается нарушить запрет, я мгновенно об этом узнаю, уверяю. Все ясно, мистер Малфой?

Тот, закусив губу, с вызовом уставился на Северуса. Серые глаза Малфоя потемнели, как облака во время грозы, а затем озарились светом молний уязвленной гордости. Казалось, он готов испепелить Северуса взглядом, и в то же время изо всех сил борется с собой. Несколько мгновений напряженной тишины ― и Малфой удостоил Северуса сухим кивком.

― Отлично, ― с ядом в голосе процедил Северус.

Ему совершенно не понравилось бунтарское поведение Малфоя. Придется призвать щенка к порядку при личной встрече. Никому не позволено противостоять воле Северуса! Никому!

― А теперь возвращайтесь к работе!

Он резко развернулся и направился к столу. С учительского места весь класс был как на ладони. Ученики, обменявшись понимающими взглядами, занялись делом. Оставшуюся часть урока никто не произнес ни слова. Угроза, что сегодняшний неудачник должен будет выпить свое зелье, сработала как удар кнута. Подопытным кроликом становиться никому не хотелось.

Поттер несколько раз уронил нож и рассыпал ингредиенты, что не укрылось от Северуса. Он наблюдал, как Поттер неуклюже пытается собрать их с пола.

«Трудно поверить, что этот безрукий недотепа может быть лучшим ловцом столетия. ― Взгляд Северуса скользил по худому, даже костлявому телу мальчишки, его длинным рукам и ногам, взъерошенным волосам. ― Видимо, везения у него куда больше чем ума и сноровки. И это достаточно веская причина ненавидеть и презирать безмозглого гриффиндорца».

Последнюю мысль Северус едва ли не выплюнул.

Более всего злило то, что с самого начала урока Поттер ни разу даже не посмотрел в его сторону, как будто Северус значил для него не больше, чем муха на стене. То, как упорно Поттер игнорировал его, все больше выводило из себя. И это на фоне воспоминаний о случившемся на прошлом уроке, когда Поттер ничего и никого, кроме Северуса, не видел, когда он и только он был для мальчишки самым важным человеком на свете.

А сейчас Поттер демонстрировал, что Северус для него ― никто.

Понимание окатило холодной волной и наполнило сердце кипящим гневом. Желание унизить Поттера завладело всеми мыслями Северуса. Он сделает все, чтобы мальчишка пожалел о своем поведении!

― Время вышло, ― приняв решение, сказал Северус и поднялся с места.

Он заставит Поттера реагировать!

Северус прошел через кабинет и остановился у стола самого тупого из гриффиндорцев, который еще потел над своим зельем.

― Лонгботтом, ― процедил Северус, с отвращением глядя на сжавшегося от страха толстяка. ― Мало того что ваше зелье выглядит, как испражнения, оно и воняет соответственно. Хотите, чтобы все здесь задохнулись?

Со стороны слизеринцев послышались сдавленные смешки.

Лицо Лонгботтома приобрело цвет зелья Desiderium Intimum.

― Хотя чего еще ожидать от бездарности, чей мозг размером с орех? ― жестко припечатал Северус. ― С момента зачатия вам достался уникальный дар портить все, к чему прикоснетесь. Вы и по сей день с достоинством несете звание непревзойденного неудачника.

Северус на секунду оторвал взгляд от Лонгботтома (тот с надеждой взирал на скамью, словно его единственной мечтой было спрятаться под ней) и взглянул на Поттера, который, стиснув зубы, упорно смотрел в другую сторону.

― Вас не спасает даже то, что иногда вы делитесь своим титулом с Поттером... ― голос Северуса превратился в ядовитое шипение, а глаза полыхнули яростью.

Но все, чего он добился ― это дрожащие, сжатые кулаки Поттера. И все. Ни взгляда, ни слова, ни жеста ― совершенно ничего, как если бы Поттер не слышал ни слова. Северус мог сколько угодно стоять и смешивать с грязью его товарища, но не дождался бы нужного эффекта.

Северус почувствовал, как горящий внутри гнев превращается во всепоглощающий огонь.

Поттер должен был разозлиться, выйти из себя, начать кричать... Он должен был сделать хоть что-нибудь! А он просто застыл, будто ничего не происходило. Будто у Северуса не было над ним никакой власти.

И все же Северус знал ― она была. Он понял это еще на прошлом уроке. И сейчас, глядя на трясущиеся сжатые кулаки Поттера, он лишь сильнее убедился в этом. О, мальчишка уже балансирует на грани... И если чуть подтолкнуть, он, несомненно, ее переступит.

― А сейчас мистер Лонгботтом выпьет свое чудесное зелье, и все мы станем счастливыми свидетелями его гениальности. Возможно, он превратится в кучу драконьего навоза, но сомневаюсь, что это кого-то расстроит. Ведь, в конце концов, все узнают о его истинной сути.

На глазах пухляка выступили слезы. Кто-то из Гриффиндора пытался протестовать, но Северусу хватило одного взгляда, чтобы заткнуть всех.
― Чего же вы ждете? Пейте! ― с угрозой в голосе приказал Северус, и ученики поежились от страха.

Лонгботтом, сглатывая слезы, налил немного зелья в склянку. Руки у него тряслись так сильно, что он едва смог поднести ее ко рту.

― Профессор, остановите это! ― вскрик Грейнджер разорвал повисшую в классе тишину. Она поднялась с места и с вызовом уставилась на Северуса. ― Вы не можете заставлять пить зелья! Вы не имеете права использовать власть учителя ради унижения учеников!

― Как вы смеете разговаривать со мной в подобном тоне? ― голос Северуса звенел от ярости. ― Сядьте на место и молчите! Если не хотите выпить зелье вместо Лонгботтома. Тридцать баллов с Гриффиндора за вашу дерзость!

Грейнджер, побледнев, сглотнула. Она хотела что-то возразить, но Уизли потянул ее за рукав, шепча что-то на ухо.

Снейп повернулся к Лонгботтому и наградил его испепеляющим взглядом. Тот зажмурился и одним глотком выпил зелье.

В классе повисла мертвая тишина. Каждый, затаив дыхание, наблюдал, как Лонгботтом корчится от отвращения и кое-как ставит пустую склянку на стол. Тут же на его руках и лице начала расти черная шерсть. Через несколько минут уже все его тело было покрыто волосами, а глаза наполнились ужасом.

― Ну что ж. Результат весьма предсказуем: теперь ваш вид полностью соответствует вашему интеллекту, ― усмехнулся Северус. ― Мисс Грейнджер, извольте проводить эту обезьяну в Больничное крыло. Думаю, мадам Помфри найдет способ вернуть ей человеческий облик. Если же нет, это не станет большой потерей для Волшебного мира.

Снейп издевательски усмехнулся, переводя взгляд с Лонгботтома, чьи продолжающие расти волосы уже достигли пола, к столу, за которым сидели Поттер, Уизли и Грейнджер. Последняя быстро вскочила с места, подбежала к всхлипывающему Лонгботтому и, поддерживая, вывела из класса.

Ощущение триумфа развеялось, словно туман, стоило Северусу обнаружить, что все это время Поттер смотрел в противоположную сторону, как будто его совершенно не волновало происходящее с другом. Гнев превратился в леденящее душу бешенство. Оно охватило Северуса целиком и буквально швырнуло в сторону мальчишки.

Только остановившись напротив Поттера, Северус заметил, как тот напряжен и скован страхом, как бледно его еще недавно пылающее гневом лицо. Зелье в его котле имело медовый оттенок и, в целом, приготовлено было сносно, если бы Поттер не забыл...

«…листья красавки», ― отметил Северус про себя, из-под полуприкрытых век разглядывая нервно кусающего губу мальчишку.

― Какой ингредиент вы забыли добавить, мистер Поттер? ― растягивая слова, произнес Северус.

Поттер молчал, опустив взгляд. Ярость, кипевшая в Северусе на протяжении всего урока, начала выплескиваться через край, превращаясь в нечто стихийное, неподвластное, леденяще-обжигающее. В бешенство, в безумие, порожденное игнорированием Поттера, в сумасшествие, вырвавшееся из-под контроля Северуса и теперь разжигающее необузданное желание вновь увидеть собственное отражение в зеленых глазах.

Он жаждал увидеть Поттера сломленным. Он хотел, чтобы тот наконец потерял самообладание, хотел увидеть злость и вызов в этих проклятых глазах, всю гамму чувств на раскрасневшемся лице. Всем своим естеством Северус стремился вывести Поттера из себя, чтобы мальчишка сорвался и показал, как сильно его ненавидит.

― Я спросил, какой ингредиент вы забыли добавить!

― Я не знаю, сэр, ― Поттер ответил так тихо, что Северус едва его услышал.

― Возможно, если бы ты удосужился взглянуть на доску, то знал бы, о каком ингредиенте идет речь! ― с трудом себя контролируя, Северус чуть ли не кричал. ― Но разве можно ожидать, что тебя заинтересует написанное на доске, если ты даже не заметил, как Лонгботтом смотрел на тебя, умоляя помочь? О, должно быть, он сильно обиделся. Как же, Золотой Мальчик струсил и предпочел остаться в стороне... Какая жалость!

Поттер вздрогнул, и его лицо исказилось гримасой душевной боли.

Северус затаил дыхание.

Сработало.

Поттер медленно поднял взгляд. Впервые с начала урока он смотрел Северусу прямо в глаза.

― Вас это забавляет, да? ― протянул он холодным, надтреснутым голосом. Голосом человека, давно перешагнувшего границу ненависти. Голосом, в котором пылали все оттенки чувств, вспыхивая, подобно языкам пламени.

Глаза Поттера словно заволакивала плотная тень, не позволяющая Северусу прочитать в них что-либо. Всего лишь на короткий миг там мелькнули грусть и страдание, но их тут же сменило холодное презрение. Сожаление, отвращение, ненависть... и что-то еще. Что-то дикое, странное, необузданное, почти безумное. И все это мгновенно заслонила абсолютная пустота и равнодушие, как будто Поттер любой ценой пытался скрыть чувства, загнать их в себя так глубоко, чтобы никто не смог до них добраться.

Но было поздно. Северус уже увидел все.

Его наполнило ощущение триумфа, какого он никогда до этого не испытывал, и радости, как если бы Поттер преподнес ему самый лучший подарок, что только можно представить.

― Забавляет, еще как забавляет, ― ответил он, ядовито усмехаясь.

И это было абсолютной правдой. Никогда еще игра с человеческой душой не была настолько захватывающей. И, что более всего будоражило инстинкты, самое интересное только начиналось...

Звон колокола, ознаменовавший окончание урока, заставил Северуса моргнуть, возвращая к реальности. Поттер закусил губу и поспешил отвести взгляд.

Северус, обратившись к классу, скомандовал:

― Урок окончен. Выметайтесь! Живо!

Он стремительно направился к своему столу. Сейчас ему нужно побыть одному, поразмыслить и решить, что делать дальше. И он знал… о, да, теперь он уже точно знал, что может делать все, абсолютно все, что возжелает.

Ученики бросились собирать вещи, как будто стремились поскорее покинуть кабинет и рассказать всем о случившемся. Однако Северуса это нисколько не волновало. Он сидел и наблюдал за Поттером, разглядывая его из-под полуопущенных ресниц. Тот поднял сумку с учебниками и, поморщившись от боли, уронил ее на пол. Тогда Северус, совершенно не задумываясь, что делает, достал из ящика стола небольшой пузырек с зельем.

― Мистер Поттер, задержитесь, ― тот словно окаменел, услышав его голос. ― Нам необходимо погово...

Но закончить Северус не успел. Поттер схватил сумку левой рукой и выбежал из кабинета так быстро, словно за ним гнались.

Секундное недоумение сменилось захлестнувшей Северуса волной ярости, но даже гнев не мог омрачить триумфа, который он ощущал, как тепло горящей ярким светом звезды. Северус не сомневался, что совсем скоро Поттеру придется пожалеть обо всем...

― Уизли! ― громко позвал Северус, пока рыжий остолоп не успел улизнуть из класса. Тот нервно сглотнул и с ужасом посмотрел на него. ― Подойдите!

Северус протянул Уизли маленькую бутылочку со словами:

― Это для Поттера ― пусть смазывает руку три раза в день. ― Заметив выражение лица Уизли, Северус строго нахмурился: ― На моих занятиях каждый должен работать двумя здоровыми руками. И не смотрите на меня так. Если бы я хотел отравить Поттера, давно бы уже сделал это.

Когда ошеломленный мальчишка повернулся, чтобы уйти, Северус снова окликнул его.

― И передайте ему, что если он еще раз попробует игнорировать меня, как сегодня, то горько пожалеет об этом.

Уизли кивнул и выбежал из класса, хлопнув дверью.

В кабинете наступила благословенная тишина. Северус удобней устроился в кресле и вздохнул.

Это был чрезвычайно... занимательный урок.

***

В среду вечером Северус быстро шел по коридору, ощущая жгучую боль в левом предплечье.

Темный Лорд уже все знал...

Два дня, что прошли с последнего занятия у шестого курса, коллеги не давали ему и минуты покоя и постоянно доставали претензиями. И все из-за болтливости Лонгботтома.

Самой невыносимой была Помфри:

― Ты же мог отравить его! Он же мог ослепнуть! Он мог даже умереть! Никогда еще не встречала подобного проявления безответственности со стороны учителя!

Всякий раз она сверлила его возмущенным взглядом, стоило им столкнуться за трапезой в Большом зале.

Спраут, в одночасье припомнившая все обиды квохчущая наседка, назвала его садистом. А МакГонагалл ― магическое воплощение Матери Терезы угнетенных детей ― демонстративно отворачивалась при каждой встрече.

«Невелика потеря», ― решил Северус. По крайней мере, теперь он будет реже видеть старую ведьму.

Даже Дамблдор вызвал на ковер и произнес целую проповедь о злоупотреблении учительской властью и гуманном обращении с учениками. Северус из всей беседы запомнил только отвратительный запах столь любимого директором чая, любезно предложенного в качестве угощения.

Если кто из них и надеялся, что он проникнется всеобщим «праведным» возмущением, то они определенно заблуждались. Северус терпеть не мог чужого вмешательства в свою методику преподавания. Он был глубоко убежден, что этих бездарей никаким другим способом не обучить.

Северус нахмурился.

Этот жалкий неудачник Лонгботтом чуть ли не каждого встречного заставлял сочувствовать своей незавидной участи. И тем более странным было то, что никто из преподавателей так и не заикнулся о схожем инциденте с Поттером. Вероятно, мальчишка решил придержать язык.

Но это и неудивительно. Ведь тогда ему пришлось бы объяснять и свою темную, запретную одержимость профессором Зелий...

Северус мысленно ухмыльнулся.

После того урока Поттер стал появляться в коридорах замка и в Большом зале. По-видимому, приказ Северуса подействовал. Еще бы. Только попробовали бы ослушаться!

Но изменилось не только это. Северус все чаще ощущал на себе горящие взгляды Поттера. Быстрые, украдкой. Но все же не настолько быстрые, чтобы Северус не смог их заметить. И с каждым разом его наполняло растущее удовлетворение. Все происходило именно так, как он предвидел. Поттера ломало изнутри, он становился слабым, он не умел от этого защититься. В его взглядах, помимо ненависти, стало появляться что-то таинственное, звериное, загадочное... Любопытство и интерес брали верх над унижением и страхом.

Однако самой занимательной стала сегодняшняя вечерняя встреча в коридоре, когда Северус спешил на вызов. Поттер вышел из-за угла, на ходу роясь в сумке, и направился в его сторону. Но, заметив черную тень на полу, поднял голову, и его глаза округлились от страха. В результате сумка выпала из рук, и ее содержимое высыпалось прямо под ноги Северусу.

― Поттер, ― язвительным тоном процедил Северус. ― Вижу, теперь даже случайная встреча со мной становится слишком тяжелым испытанием для твоих потрепанных нервов.

Мальчишка покраснел и бросился собирать вещи. Он не смотрел вверх, изо всех сил стараясь не встречаться с Северусом взглядом, но его резкие, дерганые движения выдавали беспокойство и крайнюю степень нервозности.

Поттер был так напряжен, что Северус начал всерьез раздумывать: что тот сделает, если до него дотронуться? Закричит? Убежит? Или грохнется в обморок?.. Северуса так и подмывало это проверить.

Но не сейчас, еще не время.

Он разглядывал мальчишку, ползающего по полу на коленях, и упивался этим зрелищем.

Место Поттера ― у его ног. Всегда.

Северус презрительно усмехнулся и направился дальше по коридору.

Позже он не раз задавался вопросом, что же заставило его обернуться, едва он сделал несколько шагов. Увиденное привело в замешательство. Поттер стоял посреди коридора, прижимая сумку к груди, и провожал его взглядом брошенного ребенка. Но стоило Поттеру понять, что Северус на него смотрит, как он поспешно отвел взгляд и в ужасе кинулся прочь.

Скоро Поттер уже не сможет бороться со своим желанием. Скоро он сам начнет преследовать его, просить и даже умолять... обо всем.

И тогда Северуса ждет триумф. С огромным наслаждением он понаблюдает, как Поттер станет унижаться перед ним.

Эти мысли не желали покидать Северуса на пути к главному холлу. Но сейчас для них не время. Надо как можно быстрее стереть их из памяти, позабыть обо всем, что связано с Поттером.

Метка на предплечье горела все сильней.

Темный Лорд не любил ждать.

Северус ускорил шаг.

***

― Северус... ― голос Темного Лорда нарушил тишину тонущей во мраке комнаты. Лишь единственная люстра в десяток свечей освещала лица Пожирателей Смерти, восседавших за длинным столом в имении Малфоев.

― Это действительно крайне интересно, ― он холодно улыбнулся. ― Кто бы мог подумать, что Поттер способен желать... чего-то подобного.

Северус сидел по правую руку от Темного Лорда, словно изваяние, с непроницаемым, без тени эмоций, лицом.

― Я счастлив, что могу поделиться с вами такой занимательной новостью, мой господин, ― ответил он тихим, бесстрастным голосом.

― И, как всегда, не разочаровал. То, что ты рассказал, нам на руку. Думаю, мы сможем этим воспользоваться, ― улыбка Темного Лорда была жуткой. ― Посмотри на меня, Северус.

Северус уставился прямо в красные нечеловеческие глаза, чувствуя, как невероятно мощный поток чужого сознания проникает в его разум. Он без колебаний впустил его, будто скрывать ему нечего. Леденящие сердце приказы впились в мозг, словно когти, и Северус понял, почему Темный Лорд не хочет, чтобы кто-нибудь еще узнал о его планах.

Он смотрел на прервавшего контакт господина с неприятной, мрачной улыбкой.

― Ты знаешь, что делать, ― прошипел Темный Лорд.

― Разумеется, ― ответил Северус.

― В качестве награды за преданность ты станешь тем, кто выбьет информацию из наших гостей, ― объявил Темный Лорд. Пожиратели Смерти, наблюдавшие за происходящим в почтительном молчании, переглянулись.

― Мой господин, ― начал Люциус Малфой, поднимаясь с места и склоняя голову. ― Простите мою дерзость, но ведь именно я привел их сюда. И я надеялся, что мне выпадет честь...

― Молчать! Ты что же, оспариваешь мои приказы? ― змеиные зрачки опасно полыхнули.

― Нет, конечно же нет, ― поспешил возразить Малфой, склоняясь ниже. ― Простите, мой Лорд.

Он нервно опустился на свое место, прожигая Северуса взглядом, полным ненависти и зависти.

― Люциус, ты приведешь ко мне своего сына. Сегодня же. У меня для него задание, ― приказал Темный Лорд, и Малфой почтительно кивнул.

― А теперь... Хвост! ― Темный Лорд позвал тихо, но уже через мгновение в дверях появился невысокий сгорбленный человек. ― Проводи Северуса к нашим гостям.

― Конечно, мой господин, ― произнес вошедший писклявым голосом и поклонился так низко, что его нос почти коснулся пола.

Снейп поднялся, не удостоив Малфоя взглядом, как будто тот был пустым местом. У самой двери его остановил голос Лорда:

― Северус. Когда узнаешь все, что нужно, убей их.

Северус коротко кивнул и вышел.

Хвост привел его в маленькую вонючую комнатушку. У стены, съежившись, лежали трое запуганных избитых волшебников. Семья, решил Северус. Приземистая женщина, высокий худой мужчина с всклокоченной бородой в запекшейся крови и девушка лет девятнадцати. Она, наверное, была бы привлекательной, если бы не отражающиеся на ее лице страх, боль и нечеловеческое страдание от перенесенных пыток.

Северус вошел в камеру и оглядел пленников бесстрастным взглядом, как если бы смотрел на мебель. Он достал волшебную палочку и лишенным эмоций голосом произнес:

― Выйди и закрой за собой дверь, Хвост.


* «Uninvited» ― by Alanis Morisette

URL записи

@темы: переводы, slash, Harry Potter, Desiderium Intimum

URL
Комментарии
2011-06-04 в 13:56 

Kisera
Жизнь это коробка конфет - никогда не знаешь какую вытащишь(с)
Спасибо за перевод такого замечательного фика! :white:
Первые главы прочитала на одном дыхании и с нетерпением жду продолжения! Обожаю такого Снейпа))))) Удачи с дальнейшим переводом!

2011-06-14 в 10:24 

Lolly Devine
The one, who hides
Kisera спасибо Вам за такой добрый отзыв) Мы стараемся)

URL
2011-06-14 в 21:10 

Kisera
Жизнь это коробка конфет - никогда не знаешь какую вытащишь(с)
:chups: :hash2:

   

Мои рассветы, твои закаты

главная